Тресса.Ру

Королева не влюблена (история одного романа в четырех песнях)

Приспущены шторы, забыты гаданья,
Наряды пылятся в шкафах.
И серой пургою кружит мирозданье,
И пыль на безмолвных губах.

Что случилось? Чья в том вина?
Королева не влюблена.

И – кайся не кайся – теперь не услышишь
Ни смеха, ни легких шагов.
Хрустит черепица на матовой крыше
Под поступью серых ветров.

Засыпает теней страна –
Королева не влюблена.

Ни ясности слова, ни ясности мыслей,
Ни ясности зорких очей
Уже не вернуть и уже не исчислить
К душе королевы ключей.

А расплата за все одна –
Королева не влюблена.

Скучно фрейлинам, грустно страже,
Кислым кажется всем вино.
Сад увял, опустел – и даже
Это всем уже все рано.

Умирает теней страна –
Королева не влюблена.

Пелена, блеклый свет, и движения несуразны,
Влюблена или нет – все равно ведь несообразно.


1.11.96

Вывод

Мы души свои непреклонно лепили
Из мелких обломков, из мелких кусочков:
Мы здесь по дорогам таким походили!
И я, как и все вы, была одиночкой.
А кто-то хотел меня видеть хранимой
И пел мне: "О Боже, храни Королеву!"
А кто-то хотел меня видеть любимой:
Но я одиночкой была, как и все вы.

Проклятое время от края до края.
Мне больше мирок этот неинтересен.
Ты стал забывать, какой я бываю,
Купившись на прелесть причесанных песен.
Но если ты любишь крылатую деву,
То помни: крылатые любят в полете.
А прежде чем браться хранить Королеву,
Сумей не отстать от нее на охоте.

Ты можешь делить с дружиной забавы
И даже еду и вино, коль предложат.
Но если ты хочешь все делать по праву,
Ты с ними разделишь и битву их тоже.
Таких, как они, выбирают из сотен,
Хотя они тоже из крови и плоти –
Но прежде чем браться хранить Королеву,
Сумей не отстать от нее на охоте.

Но если обратно дорога закрыта,
Так что ж я здесь делаю, черти б вас взяли?!
А если я так же, как прежде, забыта –
Какое вам дело до крепости стали?
Мы души свои непреклонно лепили –
И вот они снова звенят и искрятся.
Мы здесь по дорогам таким походили!
Но Путь уже пройден. Пора возвращаться.


97 г.

Мы уходим

Мы не жжем кораблей и не прячем за пазухи флаги –
Мы идем, как и шли, и за нами рассветы встают.
Нашей армии даже не надо сворачивать лагерь.
Нашей армии нет – но она победила в бою.

Мы не ждем под ногами цветов и ковровых дорожек –
Мы идем по Дороге и любим дорожную пыль.
И дремота в уютной постели сравниться не может
С тем чудным сновиденьем, что дарит подзвездный ковыль.

Мы идем, как и шли – ну и что, что теперь мы уходим?
Это что-то меняет, пожалуй, лишь только для вас.
Просто вам не услышать теперь непривычных мелодий
И непонятых вами правдивых пылающих фраз.

Не смотрите в рассветное небо – мы так не летаем.
И не ждите, что нас прожует, распахнувшись, земля.
Мы ушли. Нас уж нет. Мы теперь даже в памяти таем.
Что вам в нас? Мы ушли. Без прощаний. Без просьб. И без клятв.


14.12.96

Вставай!

Валяясь в грязи придорожной,
Уже неспособный подняться,
Ты думаешь зло и тревожно:
"Меня не сумеют дождаться!"
А эти глухие тетери,
Достойные божьего рая,
Уже не способны поверить:
Такие, как мы, умирают.
ПРИПЕВ
Приходит с Востока и солнце, и тьма.
Когда понимаешь, что сходишь с ума,
Смотри: рассвет. Дожди. Ветра.
И песня вслед: "Вставай! Пора!"

А смерть подползает все ближе,
И ты не надейся впустую.
Ты здесь, это значит – ты выжил,
А как – никого не волнует.
В зеленом ты или же в черном,
Пришел молодым или старым.
Кто знал, каково Арагорну,
Пока он не стал Элессаром?
ПРИПЕВ
Тебя обругают: "Похоже,
Проклятый опять колобродит",
А то, что ты просто не можешь
Дойти – им на ум не приходит.
Там ждут не тебя, а героя,
И чаще всего – полубога.
А что там случилось с тобою –
Плевать. Сам ты выбрал дорогу.
ПРИПЕВ
Приходит с Востока и солнце, и тьма.
Когда понимаешь, что сходишь с ума,
Смотри: я здесь. Вставай, мой брат.
Их нет? Мы есть. Пойдем. Пора!


7.04.97

Магелланова звезда

– Командор, стрела отравлена! – крикнул я, не особенно,
впрочем, обеспокоенный, ибо здешние яды не смертельны,
они временно парализуют мускулы.
Он мельком взглянул на рану и приказал:
– Передать матросам: отходить к шлюпкам! Отход прикрываю я!
– Командор! – загремел Родригес. – Отходи и ты! Без тебя прикроем!
– Молчать! – ответил Магеллан. – Я привел, я и выведу!
Владилен Травинский, "Звезда Мореплавателя"

"Вы будете как сад без воды"
там же

Родригес, подели на всех крысенка!
Не время кочевряжиться, сеньор.
Нальем воды протухшей из бочонка
И выпьем за удачу, командор!

Пролив открыт, как рыночная площадь,
И спинами костлявыми закрыт.
Мы молимся, как на святые мощи,
На парочку истрепанных корыт.

Полмира позади уже, приятель,
И бунт испанских грандов позади,
Но вновь средь нас находится предатель,
Еще один – всегда еще один.

Копье туземца, право, чем не вертел?
Но я не собираюсь на костер.
И мы опять деремся, словно черти,
Поскольку снова ранен командор.

Не воспевайте мужество и смелость,
Не тратьте время на подобный вздор:
Я лезу под отравленные стрелы,
Поскольку снова ранен командор.

Наперерез безжалостному року
Спешу, не ощущая новых ран,
И вижу очи, полные упрека,
Сеньоры Беатриче Магеллан.

Мы все делили поровну, по чести –
От пристани севильской до сих пор.
И если умирать – так тоже вместе.
Я прикрываю! Ранен командор.

Не плачь, Родригес. Будет, друг. Довольно.
Держись, матрос, зубами за сквозняк.
Одних терять легко, других – так больно:
Но над армадой – Магелланов флаг!

В Севилью возвратимся мы нескоро,
И нас с тобой давно никто не ждет.
Но выпьем за удачу командора –
И в путь! На реи, крысы! И вперед!

Все будет так же, как при командоре,
Пока вокруг – соленая вода.
Нас не сожрет ни океан, ни море –
Ведет нас Магелланова звезда.

P. S. Так уж заведено, что Звезда Мореплавателя
светит не столько ему самому, сколько его команде.
И в этом нет ничего плохого. Командор дает команде
себя, свое имя и свою удачу. А команда делает его
Командором – с именем и удачей.
20.01.97

Последний заслон

Мы – последний заслон против тьмы.
*
Я – последний.
*
Мы – последний заслон против тьмы.
Это нам с ней положено биться,
Если лето во власти зимы,
Если тьма перешла все границы.

Тьма редеет под взглядом прямым,
Будь нас сотни иль только лишь девять.
Мы – последний заслон против тьмы,
Мы – последняя ветка на Древе.

Нам известны причины и смысл,
Мы – хранители Правды и Грани.
Мы – надежный заслон против тьмы,
И поэтому утро настанет.

Это ж мы, это мы, это мы!
Крылья песни все шире и шире.
Мы – последний заслон против тьмы
И к тому же – единственный в мире.

Тьма нас помнит – клинки, имена,
Смутный контур обветренных лиц,
А рассветы не знают о нас,
Как не знают врагов и границ.

Потому что пока мы стоим
К тьме лицом и к рассвету спиною,
До тех пор и не встретиться им
Для последнего страшного боя.

Кто назвал это тяжким трудом?
Кто придумал за подвиг награду?
Мы живем, потому что живем.
А за это награды не надо.

Ах, рассвет нашей дивной страны!
Четкий след наших верных шагов:
Он нас видит всегда со спины
И на фоне бегущих врагов.

И когда он осветит ваш дом,
В ваши души ворвется крылато,
Мы уйдем – потому что уйдем.
До свиданья, народ! До заката.


24.03.97
Мы – последняя ветка на Древе: – Имелось в виду Древо Жизни.