Тресса.Ру

Хорошо на свете быть

Ждать светофор или бежать через дорогу?
Трамвай профукать или в дверь засунуть ногу?
Но не видать такой сомнительной дилеммы
Тому, кто с техникой решает все проблемы.
(Уже догадались, о ком речь?)

Пусть «стоп» все давят, разжимают ломом двери,
Лифт едет вниз, ведь он так срочно нужен Зверю.
И не напрасно пассажиров мучат нервы:
Десятый нужен им – Олег стоит на первом.
(Товарищи! Не превращайте лифты в Йо-йо!)

Противный кофе в автомате все ругают,
И ничего они, бедняжечки, не знают.
А вот Олегу – капуччино ароматный,
Густые сливки, натуральный – и бесплатно.
(Я уж молчу о том, где автомат берет сливки и натуральный кофе… Но для Олега ничего не жалко!)

На переходе все авто застыли рядом,
А это Зверь шоссе окинул строгим взглядом.
По белой «зебре» парень шествует солидно.
Шоферы в ауте – машинам лучше видно.
(Ехать или не ехать? Вот в чем вопрос.)

Лишь только красным светофор мигнуть собрался,
Как тут же шустро на зеленый поменялся.
И пешеходы, как столбы, стоят, не веря.
Зеленой улица вся сделалась для Зверя.
(Переходи – не хочу!)

Водитель смотрит, как руль крутится упрямо,
Уже все бросил, только тихо шепчет: «Мама…»
Автобус катится – маршрут ему побоку.
Элементарно, Ватсон! В театр нужно Волку.
(Ну и наплевать, что это на другой ветке…)

А банкомат от счастья, бедный, весь трясется.
Какая карточка! Деньгами так плюется.
Бумажки всех достоинств сыплет щедро очень,
Олегу угодить он жаждет со всей мочи.
(А потом свидетели кидаются на банкомат в надежде, что тот повторит фокус на бис…)

Вот ты доволен и с собою денег много,
От дома всюду коротка тебе дорога,
В любое время распахнутся лифта двери…
Как хорошо на свете быть Олегом Зверем!
(Хотя с этим можно и поспорить…)

Знаешь, брат

Знаешь, брат, а нас уже не помнят,
И песком присыпаны легенды.
Перетерли век каменоломни,
Нынче в моде фарс и хэппи-энды.

Жалко, брат, про нас уже не знают,
Что болтают – выдумки и враки.
Нас цветами поле укрывает:
Васильки, репейники и маки.

Слушай, брат, давай все время вместе,
Чтобы вечность пить одним стаканом,
Помнить все о верности и чести,
Не блуждать в густеющем тумане.

Видишь, брат, а я все так же рядом,
Это было, есть и дальше будет.
Ни мечом, ни чарами, ни ядом
У меня тебя рок не отсудит.

Зверь

Зачем я тебе, ну ответь же мне, Князь!
Спрошу в сотый раз – в сотый раз промолчишь.
Меня и в огонь окунали, и в грязь,
Но всех удавалось хоть как-то понять,
Заставить любить, после жизнь отобрать,
Судьбы перегрызть бледно-алую вязь.

Я – демон, пилот…Я умею служить!
Что сделать тебе? Как всегда, ничего…
Ну как это можно таким вот прожить??
Сказать «я хочу», чтобы слово – закон,
В душе Пустота резонирует в тон,
Себя леденящим огнем окружить.

Хоть чем-то позволь за приют уплатить:
Я – Волк, ты – Хозяин, дай боль заберу.
К ладони твоей…не умею любить…
Но крепко прижмусь я пылающим лбом.
Да, знаю, наглец, наглецом и умру,
Но гнев, умоляю, оставь на потом.
Судьбы вдруг свернет подсечённая нить –
И, жизни теряя, уйдем поутру.

Братья

Решетка из золота – больно глазам,
Сияние чистой, но грозной молитвы.
Такая решетка стоит монолитом
И тает, лишь стоит коснуться слезам.

Дыхание легкое радужных чар
Красиво, запретно и очень опасно.
Движенья мягки, взгляд застенчиво-ясный,
В глазах – многоцветный далекий пожар.

Решетка из золота – магии дым,
Крест веры, крепленый резным заклинаньем.
Как можно сходиться двоим – таким разным?
Отчаянно разным, но все же – двоим.

Бедный Йорик

Боевое задорное «грау» – и враги выпадают в осадок.
Это значит, шефанго рулят.
Заложило немедленно уши – да, путь дружбы с шефанго не гладок.
Но давно нет дороги назад.
(А если это путь любви – то вообще, тушите свет!)

Я запутался в сложных тонах – за кого и когда кто где дрался.
Очень трудный язык зароллаш.
Я спросил себя в тысячный раз: ну на что мне язык этот сдался,
Коль не знаю нормально и наш?
(Нет, не подумайте, я грамотный! Просто рифмы другой не нашел)

До сих пор не сумел я понять – как же так умудрился влюбиться?
Разглядел лишь недавно – в кого.
Мы кутили с тобой в кабаках, вместе нам доводилось рубиться.
Но любовь… не пойму ничего.
(В кабаках, что ли, перекутили?)

Да уж, чистой воды альбинос, а лицом будто статуя с виду.
Хоть ты в угол поставь для красы.
Пусть шугаются люди: «Урод!» – ты, дэира, давай без обиды.
Всем нахалам расквасим носы.
(Только носы, я сказал! На куски-то зачем?!)

То прикрой ему спину в бою, то беги принеси ей конфетку.
М-да, занятная будет семья.
Взглянешь раз – здоровенный боец, взглянешь два – вот капризная детка.
Мой дэира… иль все же моя?
(МоЁ. Упс, я этого не говорил!)
(На этом бедный Йорик окончательно запутался, и ему стало не до стихов)

Хождение Альберта по мукам

В путешествии нелегком мы уже четвертый день.
Все пустыня и пустыня, где бы хоть какая тень…
Братик, хватит всё об Ирме-чародейке размышлять!
Посмотри, меня Серко твой навострился покусать!
(Хватит думать о бабах! Спасай брата!!!)

Посмотри, какой-то изверг зверски хакнул мэджик-бук,
И теперь все заклинанья так и сыплются из рук!
А еще в моих пирожных от жары весь крем прокис…
Ну а ты одно лишь знаешь: «На зарядку становись!»
(Без компа и сладкого у меня, между прочим, упадок сил)

Братик, что-то скучно стало, передай мне автомат.
Но ответом слышу только трехэтажный звонкий мат.
Тише, братик, не ругайся, ты же сам мне запрещал
И своими же руками рот мне вымыть обещал.
(С мылом. Что позволено Юпитеру, не позволено Альберту…)

Ехали мы долго-долго и попали в Цитадель.
Я пошел болтать с Флейтистом, ну а ведьмы – твоя цель.
За холмами разудало пляшут ведьмы свой канкан.
Ты давай сражайся с ними, а не пялься, как баран!
(А за барана придется ответить… Э, мне кажется, или у ведьм балахоны коротковаты?..)

Ты какого черта вздумал к ним Флейтиста подозвать?!
Ладно, я не чертыхаюсь… Буду мило я молчать.
Но хозяин Цитадели как на флейте им сыграл –
Так несчастной Цитадели вдруг большой копец настал.
(Что за молодежный жаргон?!)

Наконец-то бодрой рысью выезжаем мы к лугам,
И Цветочница с букетом по траве шагает к нам.
«Вот, купи, пресветлый рыцарь, голубые васильки,
подари своей любимой и проси ее руки».
(До чего рыночные отношения докатились…Монстря цветочки продает…)

Брось, Артур, ее цветочки! Три ребенка, дом, семья?
Хочешь с Ирмой пожениться? Братик, эй, а как же я?
Мы оставим Ирму Варгу и ее уж не вернуть.
А сейчас с тобою, братик, наш продолжим долгий путь.
(Куда телята Макара не гоняли. Да ладно, впервой что ли?)